Запретная Зона

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Запретная Зона » Русь - вълшьба » Сказ: о Дочери


Сказ: о Дочери

Сообщений 1 страница 20 из 149

1

Место - Новгородская земля
Время:  зима ( февраль), утро, пока не ясны сроки(как только герои найдут персонажа, так и закончится)
Участники - Томас Шелби, Акайо Мидзуно, могут присоединяться еще по желанию
Описание - Поиск дочери Акайо, это главная цель.

0

2

[icon]http://s018.radikal.ru/i521/1702/4d/241f2015ac4d.png[/icon][nick]Томас Шелби[/nick][status]ведун[/status][sign]" Три ценных приобретения: красивая жена, добрый конь и хорошая собака. "[/sign]
Желая спокойной жизни, Томас отправился в наиболее мирный уголок во всем этом мире. Он сел на первый торговый корабль, который держал путь к морю по устью небольшой реки, обещав отогнать своим даром грабителей и разбойников. Суеверный купец согласился на такой обмен. Волны речные быстро и весело несли ладью вперед.  Первую ночь Томас спал крепко, но проснулся внезапно от чувства, что его схватили за грудь и с воинственным возгласом отсекли голову. Сначала Томас подумал, что это простой кошмар. После всего пережитого - это еще малое, что ему могло грозить, как результат. Но, когда на следующие ночи сны начали повторяться, а предыстория удлиняться, ведун заподозрил неладное. Он уже боялся засыпать, не желал видеть эти сны. Ветер гнал ладью быстрее, к морю! И чем дальше заплывали, тем становилось холоднее. Наконец одним утром за горизонтом из-за верхушек деревьев стали виднеться деревянные башни.
Почти столетие тому назад на стыке морских и речных путей, тремя братьям возведенная крепость стоит. Город Ладога - так ее стали величать. Деревянные ее башни и стены стали пристанищем для князей и послов, что по морю и реке Ладоге перебирались. Город надежно защищен высокими стенами крепости, а в нем терема, дома, рынок(самый крупный во всей Руси!). Люди живут мирно, под защитой рати новгородской. Зима настала, и речные пути стали перемерзать, толстым льдом сковывая течения, образуя серьезные препятствия для судов. Так произошло и с ладьей, на которой Томас плыл в свой удел. Он ночью не спал, и днем покоя не ведал - все его что-то беспокоило. Чем ближе к городу-крепости, тем сердце сильнее работает, а ночью совсем нет никакого спасу. И голоса детские чудятся, и видение дурные тревожат. Ничего приятного от дара ведуна нет, только сплошные недуги и лишние думы. Увидели на корабле, что льдом скована река, и встали у берега на якорь. Думают, как быть дальше. Томас их оставил, пошел по лесу пройтись. В тишине было ему спокойнее, чем в постоянном гаме и шуме бесполезных речей купца с его командой. Стужа сцепила лес неестественная. Все вокруг, и деревья, и птицы, и звери замерзли, стали, как хрустальные. Мороз не просто щипался, а норовил моментально отморозить путнику что-либо. Томас получше запахнулся плащом и брел дальше по лесу. Вдруг он заметил, что на ветках застывшую белку, которая замерзла прямо в прыжке. Кто-то злодействовал в этом лесу.
" А ведь, замерзшая река тоже могла быть делом рук того, кто устроил здесь такой дубак... " - подумал Томас, оглядывая все вокруг. Вдруг послышался звон стремян и тяжелая поступь(лошади тяжко по высокому сугробу лезть). Это заставило ведуна быстро спрятаться за ветвистой елью, касаясь рукой своего солнечного сплетения и второй прижимаясь к хладной кроне. Томас выдохнул густым паром, попросив древо шепотом:
- Священное дерево Охотника, сохрани мой век, от ветров, от вихрей, от напрасных смертей. Гой.
Но древо молчало, совсем не живое. Ветки все, до последней иголочки белые, ледяные. Какое же чудовище такое сделало? Томас выхватил из ножен короткий меч, слыша, как поступь коня приближается. Грудь опять сжали тиски, как при первом кошмаре. Но он схватился за амулет Велесов и стало чуть легче.

Отредактировано Дефект (Ср, 8 Фев 2017 23:16)

0

3

Далеко путь держал добрый молодец. Можно сказать, даже «за Тридевять земель, в Тридесятое царство». Да, так оно и было. Далеко Акайо от своих земель, далеко забрел. Шел и днем, и ночью, и в дождь, и в снег. И в палящее красное солнышко, и в стужу суровую. По его расчетам ехать оставалось недалеко и не долго. Смотря, как путь держать. Да за чем…А зачем, он и сам не ведал. Точнее ведал, но не до конца осознавал. Стоило ли по первым слухам рваться с насиженного места и идти куда глаза глядят! Да, похоже стоило. Что-то подсказывало мужчине, что нужно делать. Сила неведомая толкала его к Новгородской земле. Но путь давался не легко. А кто бы сомневался! Судьба подкидывала все новые и новые пакости.
Погода. С одной стороны, просто великолепная, но с другой…Мороз. Ни то что щеки щиплет, а все тело холодит и ломит. Любая влага и конец. «Сопли подотри, а то порежешься.» Да, в таких погодных условиях и это возможно. Моргать тяжело. Иней на ресницах, на шапке. Просто ужас. А природа все-таки хороша…Метровые сугробы, снег…Шапки на ветвях деревьев. Клонятся оные от тяжести, но не сломить их дух. Переживут тяжелые времена, а потом и раскрепостятся. Позеленеют, запоют в них птицы, совьют гнезда, обзаведутся детками…Эх…На этих размышлениях вздыхает Акайо, думая, что ему это не грозит, как бы печально не звучало. А все равно в тягость даже немного.
Если бы он шел пешком, то точно бы не дошел. Лошадь брела медленно, но верно, утопая в снегу. Утро, а они уже так устали. Тяжелая поступь, фырканье…Акайо просто жаль было лошадку, ей богу. Вот взял бы, да и поменялся с ней местами. Но выглядело бы уже не очень. Поэтому пришлось утруждать животное.
Февраль на дворе, ветер. Казалось, что все сейчас просто замерзнет, а потом разобьется, пустив словно корни трещины по всему живому. Мужчина кутался, как только мог. Что поделать – здешняя одежда не лыжная куртка, пусть и теплая, но недостаточно. Хотя было еще терпимо.
А дальше пошел страшный лес, окутанный еще большим холодом. На коре виднелся лед. Охота идти куда-либо сразу же пропала. Но не отступать же на половине пути. Пар валит изо рта. Акайо нарочно выпускает воздух, игриво наблюдая за всем происходящим. Нашел место. Но что поделать? Захотелось мужчине подурачится, развлечь себя….Тем временем лошадь окончательно встала как вкопанная. Пешком идти было трудно, и оставлять животинку тоже не хотелось. Сгинет, бедолага. Акайо решился пройти вперед, разведать. Может вернутся. Мужчина прихватил за собой четвероногого друга и побрел вперед, оглядываясь по сторонам.
Вдавленный снег, а точнее чьи-то следы, заставили поверить путника, что он не одинок в здешнем лесу. Подавать голос было опасно, но в любом случае, если его заприметили, то уже поздно. Акайо сжал рукоятку меча, идя по следам…Двигаться было в десять раз трудно. Усталость налетала быстро. Но ничего не поделаешь, сурово.
-- Кто здесь есть?—произносит мужчина на выдохе. Голос кажется не своим, то ли от долгого молчания, то ли от мороза.
[nick]Акайо Мидзуно[/nick][status]Печенег[/status][icon]http://blog-imgs-46.fc2.com/a/y/a/ayahbook/Warlords2.jpg[/icon][sign]--Живя в мире, не забывай о войне--[/sign]

0

4

[icon]http://s018.radikal.ru/i521/1702/4d/241f2015ac4d.png[/icon][nick]Томас Шелби[/nick][status]ведун[/status][sign]" Три ценных приобретения: красивая жена, добрый конь и хорошая собака. "[/sign]
Зимняя стужа была совсем не по нраву Томасу. Он привык к дождливой, но теплой погоде, домашнему уюту и тишине. Все, что можно было из этого списка наблюдать в этом лесу, так это мертвую и какую-то давящую на нервы тишину. Никто не обитал здесь, кроме ледяных скульптур. Томасу и самому грозила такая участь, если не вернется обратно на корабль. Чудное дело: летом у воды прохлада, а зимой у нее теплее. Вода отдает тепло, которое копила все летнее-осеннее время. И даже несмотря на то, что была покрыта толстым льдом, под ним все еще жили свои обитатели. А вот на суше творилась злая чертовщина. Том замер, прячась за елью, вжимаясь в ее заснеженные ветки. Он бы не хотел попасться на глаза каким-нибудь разбойникам или другим недоброжелателям. Темные ресницы и брови уже давно покрыл белесый иней, как и часть волос, которые торчали из-под шапки и капюшона. Лицо слегка обросло. Побриться Шелби так и не успел с такой жизнью. Сейчас он сам походил не то на бандита, не то на бомжа. В сущности, граница между понятиями не самая строгая. И что за дьявол - постоянно хотелось напиться?! Томас не ожидал от себя такой страсти к хмельному. Но сейчас сто грамм не помешали бы для согрева. Едва замечтал Шелби про дом и бокал, как раздался уже вполне знакомый голос. Велесов амулет зажег грудь, а на верхушку ели приземлился черный ворон, громко известив округу об этом. Дурное знамение? Пожалуй, если в мертвом лесу вдруг появилась живая птица - не такой уж и дурной. Правда, не для самого пернатого. Голос путника Шелби узнал, поэтому не медля решил показаться, чтобы не теребить нервы себе и ему, уже схватившемуся за рукоять меча:
- Братец Гор? Ты ли это? - чуть разведя руками, показывая, что не имеет при себе дурного умысла, поприветствовал Томас остановившегося странника. Мохнатый конь его был явно породы монгольской. Мохнатый, коротконогий, короткошеей, выносливый. Вряд ли тянет на богатырского, но для воина в самый раз. Из любой беды вытащит. - Куда путь держишь? Знаешь, что находишься на варяжской земле? Там впереди город Ладога, но до нее далековато.
Томас оценивающе пробежался взглядом по обоим и решил, что предложит им присоединиться к нему. По воде в любом случае быстрее и легче добираться. Вот только, зачем же Акайо сюда явился? Случайная ли это встреча, или для них обоих найдется здесь дело? Томас уже сам ничего не предполагал, так и шел по течению. Он поднял руку, указывая в направлении берега:
- Там наш корабль встал у берега. Мы держим путь до Ладоги. Если хочешь, то ступай со мной. Это не далеко. И время, и силы сэкономишь.
Ветер вдруг раскачал верхушки деревьев, роняя снежные шапки на примерзшие сугробы. Создалось впечатление, будто лес ожил ненадолго. И ветер доносил не то голос, не то жуткий шепоток. Зазвенели снежинки по ледяным веткам, бросаясь в лицо, залепляя глаза. Внезапно начала подниматься вьюга. Это уже куда больше походило на дурное знамение.

0

5

Акайо внимательно оглядел стоявшего перед ним человека и пришел к выводу, что погода не щадит никого. И кто-то еще встретился в такой глуши. Впрочем, это и к лучшему. – Я…-- слегка растерянно молвил он, повнимательнее вглядываясь в лицо собеседника. Секунда, и лицо озаряет улыбка. Узнал, узнал. – Хонсу, теперь уже Том. Вот так встреча! Не ожидал. Животинка недовольно фыркнула, обдув спину Акайо. Впрочем, не нам судить, как фыркнула лошадь. Довольно или нет. Мужчина поправил шапку на голове, подтянул пояс и окончательно расслабился.
-- Держу путь к Новгородской земле. Знаю, я сумасшедший, путь слишком опасный и трудный. Три года скачи – не доскачешь. Тем более с моих то земель. Весть мне оттуда пришла. Не знаю, конкретно, с какого города, но точно верю, что с Новгородской земли. – на одном дыхании проговорил Акайо. Раньше бы он плюнул на весть такую, но что-то тянуло его пуститься вперед, немедленно, прямо сейчас. Засомневался, вдруг правда? Прошел мужчина не мало, а когда так близко к цели подобрался, отступать уже не хотелось…Пусть и где-то приходилось ночевать в лесу, и в холод, и в жару, замаскировавшись, как только можно. Как только получалось. У людей добрых не всегда можно было кров найти, приходилось втихаря в сараи пробираться, пропитание искать. В общем, делать все, чтобы выжить. А все-таки хорошо было на своем месте. В тепле… Где тебе вот так коня раздобыть можно, одежду, оружие. Кстати о последнем, чуть было не прощелкал его во дворе у одних. Ха, хотел быть как дома, разложился…А по утру рано впопыхах убегать и хвать…Нема оружия.
-- Тогда, я вынужден согласится. – сказал Акайо, обрадованный предложением собеседника. Двоим определенно надоело топать по сугробу, а тут такой хороший шанс, тем более по пути. – Мы много места не займем, если что.—
А погода все более и более усугубляла положение. При таких обстоятельствах ранее Акайо бы точно пришлось искать укрытие. Непонятно, откуда дул ветер. Куда ни повернись, всюду в лицо. Издевается. – Я бы тебя спросил, зачем ты то здесь, да и рассказал бы все по порядку, но боюсь сейчас все залепит. Лучше уйти.— Мужчина подошел по ближе к лошади. Не властен человек над природой, что поделать. Уходить нужно, к реке. Что и собирался сделать.

[nick]Акайо Мидзуно[/nick][status]Печенег[/status][icon]http://blog-imgs-46.fc2.com/a/y/a/ayahbook/Warlords2.jpg[/icon][sign]--Живя в мире, не забывай о войне--[/sign]

0

6

[icon]http://s018.radikal.ru/i521/1702/4d/241f2015ac4d.png[/icon][nick]Томас Шелби[/nick][status]ведун[/status][sign]" Три ценных приобретения: красивая жена, добрый конь и хорошая собака. "[/sign]
- Хорошо, молодец, что согласился. Только предупреждаю, у нас небольшая заминка. Лед на реке слишком толстый, моряки не знают, что делать.
Томаса немного смутило, что повод похода Акайо так толком и не назвал, но всему свое время. Зоновец в одиночку брел через заснеженный лес. Вероятно тому были свои весомые причины. Лезть в чужие дела Шелби не собирался, у него и своих по горло - добраться до Ладоги уже нелегкое приключение, учитывая, что сейчас не ясно что творилось с водой на реке. Почему-то лес ни с того, ни с сего оказался в окружении сильного холода. В общем, голова сейчас болела совершенно о другом. Томас качнул головой и повел Акайо к берегу. Воющий ветер со снегом в придачу мешали нормально говорить. Том не стал рисковать.  В рот снега налетит, потом еще не ясно чем это обернется. Двинули они обратно к берегу реки. Томас шагал бодро, потому что успел порядком замерзнуть, пока тут бродил в поисках тишины. Не любил проблем, которым все равно не найдет решения. Лед расколоть - дело непростое. Ведун не был уверен, что его силы тут повлияют и сделают погоду. Том и Акайо уже почти подошли к месту стоянки, как свист ветра пронзил истошный крик. Впереди виднелся огоньки костров, которые развели люди купца. Томас насторожил и слегка напугал этот крик. Нельзя было исключать, что случилось нападение. А амулет тяжелил грудь, опять возвещая о неприятностях.
- Это со стороны ладьи! Давай немного затаимся? Что-то у меня плохо предчувствие... - Том предупредил своего спутника уже более осторожной поступью подбираясь к берегу.
Огонь от костров вьется по ветру, смешиваясь издали с его безудержным движением вихрями и завитками. Ужасно холодно. И чем ближе к кострам, тем дубам крепчает и становится практически несносным. Томас провел Акайо по склону к берегу и скрылся с товарищем за большим валуном. Первое, что увидели они, это двое лежавших на снегу бездыханных тела моряков. Белую гладь окропили яркие капельки крови, мгновенно застывшие в таком холоде. А у одного из костров нависнув над кричавшим третьим бедолагой, вырисовывалась большая, четырехметровая фигура великана с одним глазом, как у циклопа. Он сжимал в большой ручище посох. От этой палки веяло магической силой, создавшей весь этот беспорядок. Монстр ударил посохом третьего моряка, и его кожа в миг покрылась толстым инеем. Живой человек сделался ледяной скульптурой, которую растоптала нога великана. Этот гигант был одет в медвежьи шкуры, и сам обладал большой силой, звериными рефлексами и обонянием. Он почти что заметил двух товарищей и их коня, но Томас сжал в руке амулет, попросив Велеса укрыть от глаз этого чудовища.
- Не дыши. - шепотом попросил Шелби Акайо.
Почесал "циклоп" макушку, не в силах понять, что видит: стоят три валуна вместо ведунов. Махнул лапищей и пошел обратно в лес, волоча за ногу одного из мертвых моряков. Оба ведуна смогли попасть на ладью. А там и оказалась вся остальная команда. Их было на две третьей меньше, чем изначально. Ведунов встретил сильно раздраженный кормчий.
- А, это вы явились. Видели, что этот верлиока окаянный наделал? Он увел две третьей моих ребят в чащу! Напал внезапно, напугал их и загнал в лес! И капитан в этой суматохе куда-то девался. А ты где был? Кто это с тобой? - варяг бросил взгляд серых глаз на Акайо. - В общем, не важно. Мы никуда без капитана не отправимся. И без моей команды. Троих этот великан уже погубил.
- Хорошо, дайте немного отогреться моему другу под навесом.
Им дали добро. Томас отвел Акайо за собой. Его коня оставили снаружи, накрыли одеялом, чтобы так не мерзла животина. Как только оказались в относительном тепле, Том спросил почти сразу:
- Поможешь разобраться здесь? Я, кажется, знаю, как монстр смог такой холод устроить. У него посох волшебный. Если сможем отнять его, то заморозим негодяя, и всё станет на круги своя. Да и капитана с командой надо выручить. - Томас виновато уставился в пол, - Знаю, ты, наверное, спешишь.

0

7

Мужчина молча последовал за Томом. Да, погода и впрямь была прескверная. Все открытые участки тела так и щипало морозом. Вдыхать было больно и холодно. Воздух попадал в горло, легкие, от чего все тело начинало колоть изнутри. Акайо как-только мог прикрывал лицо, но выходило не очень. Идти было относительно легче, нежели ехать на лошади часами по снегу – медленно и мучительно. А тут прямо и сам разминаешься. Все равно разнообразие. Недалеко уже были видны клубы дыма. Светло-серые «столбики» шли по направлению ветра, а огонь горел. Тихо и спокойно было на удивление. Но как-только стоило подумать об этом Акайо, так тут началось. Как всегда, в принципе. Перед глазами мужчины предстала жестокая расправа над несколькими моряками.  Стало не по себе. Не любил Акайо смотреть, как убивают. Не любил. Не стал смотреть. Отвернулся, храня молчание.
Спустя некоторое время, двоим все же удалось пробраться на ладью. Одноглазый монстр ушел, но не с концами. Акайо чувствовал, нет, вернее предполагал, что все же они свидятся. – Несколько дней моей задержки здесь погоды не сделают, Том. Раз я согласился плыть с вами, то, считаю своей обязанностью помочь вам. – ободряюще сказал мужчина, похлопав собеседника по плечу. Скорого прибытия к месту назначения ему не светило. Тем более, кто знает, доехал бы он или нет. Возможно, лежал бы сейчас где-нибудь мертвый, а еще хуже съеденный Циклопом. – И чем скорее, тем лучше. Может живы остальные. – Акайо кивнул в сторону оставшейся команды.
Опыта борьбы с подобного рода чудовищами у Акайо не было. Хотя, маскироваться умел отлично. Быть бесшумным, «растворяться», «умирать» на время. Опять же – противник Циклоп. Пусть и не заметит, зато почувствует. Тогда придется брать неожиданностью, быстротой. В общем, отвлекать. Люди по сравнению с ним мелкие, но проворные. Пока эта телега повернется.
Мужчина запахнул навязчивый ворот куртки, или как она правильно называется, неясно. У печенегов свое, мало понятное. Раздобыли где-то одежду теплую. Вручили. Хорошо было до поры до времени, пока недостатки не стали затмевать преимущества. Ворот закрыл ровно пол лица Акайо. Дышать трудновато, зато терпимо к холоду. Шапка надвинута почти-что на глаза. Закутался. На эскимоса стал похож. Только узкие щелки глаз видны, да и только.
-- Я так думаю, пойдем только мы? Ибо никто более не захочет встретиться лицом к лицу с чудом. Они итак еле спаслись.-- Акайо осмотрел моряков. Не показывают ни малейшего желания. Хотя возможно и не прочь вернуть своих. Мужчина более-менее разогрелся.  Мысль о таком «экстремальном туре» казалось только больше раззадорила его. Отберут посох, разморозят реку и отправятся дальше. Звучит отлично. Акайо преспокойненько сошел обратно, намереваясь выдвигаться в путь. Медлить не хотелось. Хотелось все и сразу. Оружие прихватил, план по дороге. Хотя, он итак понятен.

[nick]Акайо Мидзуно[/nick][status]Печенег[/status][icon]http://blog-imgs-46.fc2.com/a/y/a/ayahbook/Warlords2.jpg[/icon][sign]--Живя в мире, не забывай о войне--[/sign]

0

8

[icon]http://s018.radikal.ru/i521/1702/4d/241f2015ac4d.png[/icon][nick]Томас Шелби[/nick][status]ведун[/status][sign]" Три ценных приобретения: красивая жена, добрый конь и хорошая собака. "[/sign]
Томас кивнул в знак того, что благодарен отзывчивому Акайо. Не спав несколько ночей, мужчины не был уверен, что будет в состоянии еще и с великанами одноглазыми тягаться. Силы покидали с каждым днем, это походило на некое наваждение: душа не на месте, постоянная тревога, дурные сны и видения. Эмоциональное истощение практически на лицо. До физического еще далеко, но ведь от настроения зависит порой весь успех. Появление напарника в лице Акайо настраивало на более оптимистичный лад. Томас и прежде обходился один, но все-таки не без участия чьего-либо. Временный союз для общего блага - отличный вариант в подобной ситуации.
- Я бы не рассчитывал, что оставшейся экипаж еще живы. Кажется, "верлиока" - это чудище, которое любит нести разрушения, гибель и страдания. Он мог напасть на незатейливого волхва и одолжить у его трупа эту волшебную палку. А отсюда великан никого не отпустит. - Томас задумался и добавил, - Как-нибудь решим вопрос. Ты отогревайся пока. Я поговорю с кормчим.
Томас с огромной неохотой опять вылез из-под навеса. Вьюка все мела. Ветер выл. На реях уже образовались ряды кривых и длинных сосулек, как игловидных зубов какого зверя. Парус сняли, чтобы не испортила его непогода. Картина безысходная. Великан не собирался отпускать корабль, пока на нем был еще кто живой. Томас смог убедить моряка дать в дар оружие для Акайо - он заметил, что при нем такового арсенала не наблюдалось. А сам попытался убедить как-то посодействовать делу. Но команда едва не подняла бунт. Никто не хотел уходить с корабля. Предпочитали голодную и холодную смерть, чем сгинуть в лапах монстра. Только кормчий согласился пойти с ведунами. Что ж, по крайней мере, хоть кто-то.
-— Я так думаю, пойдем только мы? Ибо никто более не захочет встретиться лицом к лицу с чудом. Они итак еле спаслись.
- Нет, нам поможет Искрен. - оповестил Томас, указывая рукой на кормчего. Трое перебрались на берег и обнаружили, что следы чудо-юдо почти замело снегом. Томас заметил, что его спутник еще не открыл в себе способностей к магии. А есть ли они у него вообще? Ведь он не славянин, не похож на него. Значит ли это, что и ведуном ему не бывать не земле русской?
- Чертовщина! - воскликнул Искрен, махнув рукой. - Там уже и сугробы стоят, где он пробежал.
- Не спеши отчаиваться. - Том тихо, шепотом заговорил его стрелы на меткость, а потом, вздохнул и внимательно присмотрелся, прикладывая руку к груди, где под тканью амулет хранился. Мыслями попросил поддержки у Хозяина леса, чтобы тот открыл истину. Увидел Том следы, но разобраться в них никогда бы не сумел. Ни разу в жизни не охотился, чтобы уметь это делать. - Акайо, был ли ты когда-нибудь на охоте? Глянь внимательнее, какие следы нам нужны?   - спросил Том, почувствовав, как покалывает кожу амулет. Время не могло ждать. Беда грозила экипажу ладьи. - Велес, Бог-покровитель, дай острый глаз охотнику своему, видеть чтоб следы при свете и во тьме. Гой.
Открылись все следы взору Акайо, которые оставались под снежным покрывалом. Путь был недолгий. Товарищи нашли укромный вход в пещеру. Из ее входа лился мерцающий свет от костра. Внутри явно кто-то был. Как быть дальше?
- А вот и логово верлиоково, - прошипел Искрен, готовя свой лук к бою. - Надо выманить великана. Внутри точно есть наши люди. Кому-то их надо освободить.
- Мы с Акайо его выманим. - предложил Томас. - А ты стреляй ему прямо в глаз. Ослепим чудовище.
Томас без особого страха пошагал ко входу пещеры. Но та оказалась не так уж проста. Внутрь вел глубокий тоннель. Значит, циклоп забрался поглубже. Одно радовало, ему, похоже, тоже не нравилось сидеть в кромешной тьме. Откуда-то из глубины раздался пронзительный крик и бесполезный зов о помощи. Пошли, тихо крадучись два героя на эти оклики. Неширокий тоннель вел вглубь и вниз, а потом разветвлялся. Справа какой-то мрак, темнота. Слева что-то вроде "зала", в которой, судя по костям на полу, подстилке из шкур и костру, над которым возвышался большущий котел, жил верлиока. Сам хозяин в этот момент был занят премерзким делом - готовил себе ужин, освеживая человека! Похоже, бедолагой являлся несчастный купец - капитан ладьи - именно его вещи были сложены кучкой у костра. Остальную команду великан заточил в клетку из толстых деревянных кольев. К счастью для двух ведунов, монстр был занят. Томас шепотом сказал:
- Я пойду освобождать команду, а ты попробуй забрать посох.. - Шелби указал на артефакт, которой циклом мешал свой суп заместо поварешки. Томас полагал, что все может пойти не по плану, и постарался максимально тихо подобраться к клетке. Его заметили люди с ладьи и обрадовались. Том начал распиливать мечом веревки и засов из дерева, которые мешали открыть "калитку" своеобразной клетки. Но монстр стал подозревать, что что-то происходит не то. Он оглянулся и увидел незваного гостя. Со злобным рыком, он потянулся лапищей к котлу, в котором надеялся обнаружить посох...

0

9

Бывал Акайо и на охоте, и в походе. По крайней мере знал, все что было необходимо. Тем более, задачи облегчились подсказками. Следы волшебным образом были видны. Не составило особого труда отыскать нужные. Огромный размерчик хорошо просматривался под снегом. Как бы не петляло чудовище, ему не скрыться.
Дошли быстро, даже на удивление легко. Следы вели к пещере. Ничего особенного, судя по всему не хотел Циклоп на улице трапезы проводить. Замерзал бульончик. Двое крадучись шли по пещере. Человеческие крики, стоны, приглушенное потрескивание дров. Все это не сравниться с теми звуками, которые издавал монстр-кулинар. Он то и дело бубнил себе что-то под нос. Странные песенки одноглазых или что-то совершенно иное. В общем и они прерывались недолгими всплесками рева на заключенных. Чудо кричало сильно. Басом. Четких слов не было слышно. По крайней мере Акайо их не разбирал. Лишь «Э», да «Бу». Звучало внушительно. Тем временем его жертва уже не подавала признаков жизни. По крайней мере тень, отбрасываемая от человека, была совершенно неподвижна. Мужчина поморщился и стиснув зубы двинулся вперед. Тихо, медленно. Во тьме, где она была.
Вид у циклопа был ужасный. Руки в крови, неряшливый облик. И этот глаз. О Боги! Он выглядел ужасно. Должно быть летом, монстр собирает на себе кучу мух. Акайо прикрыв рот рукой подбирается к котлу. Вонь стоит невыносимая. Вот-вот и мужчину вывернет наизнанку. Не свойственная брезгливость и отвращение настигли его. Но делать было нечего. Выбирать не приходилось. Как только Акайо было уже дотянулся до заветной вещицы, разъярённый великан с силой бьет кулаком об землю. Котел сотрясается. Непонятная жижа вместе с посудиной падают вниз, захватывая за собой печенега. Все содержимое выливается на Акайо. Его словно волной пришибло. Он падает на землю и катится куда-то и вместе с посохом, и вместе с сомнительными продуктами. Секундная заминка. Мужчина поднимается, хватает артефакт и бежит, не зная куда. Бежит вперед, похоже к выходу. А сзади раздается страшный шум, рев, топот. Недалекое существо бросилось следом.
Акайо выбегает на улицу. Становится чертовски холодно. Мокрая одежда начинает замерзать и грозится стать ледяным пленом. Искрен только и ждет появления монстра. Последний не заставляет себя ждать. Циклоп с оглушительным ревом несется следом за мужчиной. Стрела кормчего несется прямо в цель, но по-видимому ей не суждено было добраться до глаза. Ослепленный дневным светом и сиянием снега, монстр прикрывает свою морду рукой, благодаря чему глаз остается невредим. Но не рука. Острее вонзается в плоть. Для великана это всего лишь зубочистка, но и она бьет не хило.
Разъяренный монстр хаотично раздает удары направо и налево, в конце концом зацепив оторопевшего Акайо. Мужчина летит в снег, на пол пути его подхватывает могучая рука, поднося ко рту своему. По ушам бьет ультразвуком. Похоже циклоп решил не церемониться и откусить печенегу голову сразу. Но последний тоже не промах. Будет брать неожиданностью. Меч втыкается в небо чуда, распарывая мяско, доходя до кости. Циклоп в ярости отбрасывает «кусающуюся» добычу, щелкая зубами и пытаясь освободиться от меча.
Акайо летит к ближайшему дереву, ударяется об него и с шумом, ломая сухие мелкие ветки падает вниз вместе с посохом. Потревоженный снег сыплется на мужчину. А тот, борясь с собой протягивает артефакт неведомо кому… Последнее что он видел перед собой, это то, как мерзкое чудовище держась за лицо рушится на землю. Посох бережно вынимают из ослабевших рук. Глаза в успокоение закрываются…Воображение рисует разноцветные кружечки, превращающиеся в далекие звезды на ночном небе.
[nick]Акайо Мидзуно[/nick][status]Печенег[/status][icon]http://blog-imgs-46.fc2.com/a/y/a/ayahbook/Warlords2.jpg[/icon][sign]--Живя в мире, не забывай о войне--[/sign]

+1

10

Пустошь. Белая. Давящая. Глухая. Чарли потёрла глаза и на секунду замерла, боясь их открыть. Нет, взору предстала всё та же картинка. Что обычно делают в таких ситуациях? Щипают себя что есть мочи? Или кричат громко-громко? В голове девочки проскользнула пугающая мысль: «А может я умерла?» Похожее уже случалось с ней однажды. Тогда падение с дерева стоило ей перелома руки и сотрясения. Чарли поморщилась. Любое упоминание о больнице вызывали у неё болезненные ощущения. Что-то в окружающей обстановке было неестественным: ни горизонта, никаких видимых границ. Любой звук отражался от этой пустоты и возвращался вторящим вновь и вновь эхом. Время словно потеряло здесь свой ход.
* * *
Было холодно. Очень холодно. Не так как дома. Чарли не привыкла к низким температурам. Снег она видела всего лишь дважды, поэтому понятия не имела, что ей делать дальше. Ком подкатился к горлу. Слёзы сами собой потекли из глаз. «Слезою моря не наполнишь» – девочка словно услышала знакомый голос. Так обычно утешала её бабуля после очередной неудачной шалости девочки. 
Мороз обжигал лицо, перехватывал дыхание. Куртёнка, что была на девочке, как бы та в неё не куталась, не защищала от студёного дыхания русской зимы. Руки и ноги коченели. Ещё чуть-чуть и она не будет чувствовать их вовсе. Дыханием их не отогреть. Нужен огонь. Но где его достать? Дрожащими руками девочка развязывает тесёмки на рюкзаке, судорожно роется в вещах. Она словно капуста – надевает на себя все, что есть. На голову, поверх кепки Чарли повязала мастерку, таким образом, что головной убор стал похож на куфию бедуина. В таком виде, девочка почувствовала себя более оживлённо. Хотя оживлённостью это вряд ли можно назвать. Одна, посреди леса, в лютую стужу. Где уж тут повод для радости?! Чарли понимала – долго ей так не продержаться. Оставалось одно – идти. Идти, чтобы не околеть. А лучше бежать. По снегу. Иначе сугробы станут её последним пристанищем.
Чарли уже потеряла счёт времени, слоняясь по этому бесконечному лабиринту из снега и деревьев. Разбитая и голодная она едва передвигала ноги. Силы стремительно покидали её. Словно по мановению палочки впереди виднеется не то дорога, не то тропа. Девочка вышла на неё случайно. Сумерки уже спускались на землю. Не было иного как остановится на ночлег прямо здесь. Может посчастливится и кто-нибудь заметит её. А пока нужно подготовить место для стоянки.
Как-то с дедушкой она смотрела фильм Дерсу Узала об одном путешественнике. В нем герои попали в бурю и, чтобы не замёрзнуть, построили укрытие из травы и веток. Они зарылись в него и так смогли переждать бурю. В этот момент в голове ребёнка не было лучшей мысли как соорудить для себя подобное убежище только в снегу. Благо его было много. Отбросив свой скарб девочка онемевшими руками стал разгребать снег. Он был достаточно рыхлым, потому выкопать небольшое углубление в обычных условиях не составило бы большого труда. Однако теперь каждое движение давалось Чарли с огромным усилием. Руки после такой работы сделались красными, пальцы заметно вздулись, их покалывало. То, что получилось у девочки после продолжительной возни походило скорее на норку какого-то зверя, чем на полноценный бивак. Недалеко стоящая сосёнка пожертвовала свои мягкие ветки для утепления «логова». Внутри было тесно, но значительно теплее, чем на открытом воздухе.
Уже окончательно стемнело, когда девочка из своего пристанища услышала какие-то отдалённые звуки. Это был её шанс.

Лошадь мерно, но уверено тащила гружёные сани по снегу. На возе можно было различить два силуэта.
– Деда, смотри! Звезда падает!
– Скока тебе, дурню этакому, толковать? На Катальщика на звёзды не глядят! 
Мальчик заартачился.  – А пошто не глядят-то?
– Примета такая. Худое предвещает.
– Ху-до-е-е…  – протяжно повторил мальчишка.   
– Вот не будет тебе удачи, тогда и поплачешь!
– Это в чем же не будет? – всё не унимался пацан.
– Не видать тебе её. Вот и весь сказ! Приметы, они на то и приметы. Их народ веками собирал! – старец молвил как отрезал.
Лошадь, фыркая, вдруг остановилась.
– Но-о! Чаго встала-то? – старик дёрнул вожжи, – Алёшка, ну-кась, погляди!
Мальчик нехотя спрыгнул со своего насиженного места и побежал вперёд. У самой морды лошади острый глаз замечает постороннее движение. Слышится сдавленный звук похожий на хрип какого-то существа. Глаза мальчишки расширились. Он в нерешительности остановился, вглядываясь в темноту.
– Кто здесь? Отзовись!
Теперь уже явно мальчик видел перед собой что-то или точнее кого-то. Неведомое существо медленно шло на него. Мальчишка весь обомлел. А рогатое чудище на трёх ногах всё надвигалось.
– Ааа-а! Лешак! Лешак! Деда, спасайся! – завопил пацан от страха, пускаясь наутёк.

Чарли не понимала, что происходит. Услышав звуки, она вылезла наружу, подспудно прихватив с собою и свои пожитки. Её потряхивало. То была мелкая дрожь – верная спутница внутреннего страха. Спасение было близко, оставалось немного. Только бы успеть! Девочка пошла навстречу приближавшимся, опираясь на меч как на костыль. Она уже могла различить лошадиный храп и человеческие голоса. Чарли пыталась закричать, но её голос осип из-за холода и всё что она смогла выдавить из себя было глухое хрипение. Животное остановилось. По видимости, кто-то спешил на помощь девочке, как думала та.   Однако то, что произошло в следующее мгновение, оказалось для неё полной неожиданностью. Человек, было вышедший вперёд, вдруг стал пятиться назад. Оглушительный крик разлетелся по лесу. Отголосок его всё ещё звучал в ушах девочки. Чарли замерла. Она не знала что ей делать.
На выручку ей пришёл тот другой, что был на возу.
– Выходи, детко, не бойся. Коже мальчонка, али не? – спросил, подойдя к Чарли незнакомец. – Какой чудной, однако. Замерз?! Алёшка, куда тебя черти понесли? Натаскай как хворосту, да костерок разведи! Отогревать будем!
Чарли могла только смотреть. Она не понимала того, что говорил ей незнакомец.
– Чудной какой, ты погляди! Имя-то у тебя есть, замухрыжка? – всё вопрошал старец с улыбкой.
Девочка не знала языка на котором он изъяснялся, но голос его звучал доверительно.
* * *
Костер тихо потрескивал, посылая в небо редкие искры. Чарли сидела у огня, завернувшись в тулуп. Продрогшее тело помаленьку отходило: онемение спало, но кожа все ещё чесалась. Только сейчас девочка могла разглядеть своих спасителей. Мальчишка был примерно её возраста. Веснушки покрывали всё его лицо. Присев на корточки, он торопливо подкладывал веточки в огонь. Дедушка тоже хлопотал. У него была широкая седая борода, а на голове – смешная шапка, напоминавшая горшок. Чарли понимала, что перед ней родственники – дедушка и его внук. Воспоминания нахлынули. Стало как-то грустно и тоскливо. Где она сейчас? Где её родные? Слёзы снова предательски навернулись на глаза.
– Ты чаво это? Ревёшь что-ль? Нука-сь, хлебни чайку! – дед протянул деревянную чеплашку с дымящимся напитком девочке. Чарли сделала несколько глотков. Питьё было ароматным с травяным привкусом.
Мальчик подсел к ней поближе. Он заговорил своим звонким голосом, но на языке, который был непонятен Чарли. 
– Я - Алёшка, а это - дедушка Василь. А тебя как звать? – сказав это он посмотрел в глаза девочки, ожидая ответа. Повисла пауза. Чарли догадалась о том, что спрашивал её новый знакомый, но не решалась вымолвить и слова.
– Молчит он. Немой однако.
– … Момо.. – просипела девочка.
– Дедушка, он говорит! – мальчишка аж подпрыгнул.
– Дак, токмо хорошо! Вот, сальца исчо с хлебом навернёт, глядишь, и вернётся силушка-то богатырская.
Слабая надежда на лучшее уже зародилась в душе девочки.
[icon]http://s013.radikal.ru/i322/1702/57/0efaf0116055.png[/icon][nick]Момо[/nick][sign]Все дороги ведут к людям. (Экзюпери)[/sign]

Отредактировано Бурят Тони (Пн, 13 Фев 2017 08:27)

+2

11

[icon]http://s018.radikal.ru/i521/1702/4d/241f2015ac4d.png[/icon][nick]Томас Шелби[/nick][status]ведун[/status][sign]" Три ценных приобретения: красивая жена, добрый конь и хорошая собака. "[/sign]
Злой великан издал очень недовольный и угрожающий рык, когда заметил в пещере незваных гостей. Как это можно было заметить, монстр обладал нечеловеческой силой и практически полным отсутствием мозгов. И план мог бы сработать гладко, если бы не маленькое невезение, которое всегда преследовало Тома на протяжении всего пребывания в проекциях. Верлиока со злости топнул одной ногой по земле, отчего та покрылась глубокими трещинами. Котел на огне не выдержал и опрокинулся на бок, обливая кипятком Акайо. Правда, успел или котел так уж разогреться? Томас все равно почувствовал, как от увиденного начинают пробегаться мурашки по спине. Товарищ едва не сварился бы заживо. Но нет, еще даже оказался в состоянии убегать от великана, который как раз кстати заметил второго нарушителя его спокойствия.
Пока шла погоня, Томас не стал зевать и наконец даровал свободу всей остальной команде. Те повыбегали из клетки. Некоторые благодаря, некоторые сразу кинулись забирать свое оружие и свои вещи. Столько воинственного облика мужчин были так опозорены каким-то тупнем-переростком, заставившим их не только бросить из рук мечи и луки, но и снять часть верхней одежды. Томас косо глянул на "столешницу" одноглазого чудика, на которой осталось разделанное тело кормчего, и поморщился от ударившего в нос запашка. Он решил не дожидаться всю эту команду и побежал сразу же Акайо на выручку. Судя по звукам, исходящим из тоннеля пещеры, снаружи происходила схватка с верлиокой. Томас выбежал наружу в тот самый миг, когда Искрен старался попасть по великану, а тот почти что откусил голову третьему товарищу. И все было бы прискорбно, если бы расторопный Акайо не додумался пустить в ход свой вострый меч. Через несколько секунд все было кончено для циклопа: он с грохотом рухнул на землю, моментально превращаясь в груду камней и валунов. А Акайо пал неподалеку, израненный, ошпаренный и лишенный сил.
- Искрен! Выводи людей из пещеры, они все там! - выпалил Томас, подбегая к лишившемуся чувств зонщику. Кормчему дважды повторять не пришлось. Он ушел за своими моряками. Забрав из рук Акайо злосчастный посох и крепя его у себя за спиной за пояс, а потом убрав меч соратника обратно в ножны, Томас взвалил его себе на горбушку(благо по весу не так уж превосходил его японец) и понес к кораблю, пытаясь не тонуть в глубоком снегу. И все-таки идти было нелегко, набегавшись за день. Когда на две секунды Том остановился перевести дух, он вдруг заметил, что на ветках деревьев защебетали птицы. Воздух стал если не теплее, то уж точно не такой морозный, как прежде. Всё вдруг ожило в лесу. Видимо, злые чары верлиоки рассеивались. Всё то зло, что великан сотворил, уходило магическим образом. Томас даже пару раз заметил, как белка мелькает рыжим хвостом меж еловых веток. А вдали, в просвете между деревьями, показался большой и темный силуэт медведя. Он посмотрел мудрыми глазами и скрылся, как растаял в зареве. Небо прояснилось, все окрасилось цветами заката. И снежок засверкал, и идти даже под тяжестью стало веселее. Когда небольшой отряд из выживших, кормчего и зонщиков приблизился к берегу, то их ждала и вовсе поразительная новость: все, кого успел убить на берегу верлиока, вдруг ожили. Река всё еще стояла, покрытая толстым льдом. Но, раз у товарищей теперь был посох, то это перестало быть серьезной проблемой. Сказка закончилась счастливо для всех, кроме капитана ладьи. Как выяснилось, он оказался под злыми чарами верлиоки и сам привел людей в ту пещеру. Как видно, не захотел его прощать Хозяин леса - будет у него навсегда. Вернулись люди на ладью, все радостные, все целые и здоровые. Томас уложил на лежанку Акайо, попросил для него воды и каких средств целебных. Но и на него повлияла гибель верлиоки. Ушибы да переломы, нанесенные монстром также поспешно начали заживать. Одна беда была - с ожогами и одежду надобно было подобрать другую. Что ж, с последним не постояло. От капитана остались и теплая накидка с кафтаном, штанами да парой хороших сапог. До самой темноты Томас занимался обработкой ожогов. И хорошо, что Акайо этого не мог чувствовать вполне. Одежда приварилась некоторыми участками к коже, все это отнимало непомерно много сил. Ведун знал, как оказывать первую помощь, а некоторые местные магические премудрости помогли ускорить процесс заживления. Но особенно все же пострадала у печенега спина. Что не говори, а на нее вылилось больше всего того мерзкого бульона. Заговорив водицу на исцеление, Томас омыл ей уже голую кожу и снял тем боль и страдания. Когда все раны были успокоены, обработаны целебными отварами и наложены все перевязки, Томаса позвали решать проблему с застывшей рекой.
- Подождите до утра. Отдохните, отправьте кого-нибудь на охоту. На судне не осталось никаких запасов продовольствия. Одни товары. - предложил им в ответ ведун. - Велес нам покровительствует. Охота ладной будет даже ночью. Поэтому не боясь ступайте. Наловите пушнины и другого какого зверя. Велес одарит освободителей его леса.
Кормчий организовал небольшой отряд, да и повел его сам. Как видно ему не особо верилось в успех такой охоты, однако, вернулись они и впрямь с достойной добычей. Томас дождался, когда Акайо придет в себя и предложил ему выпить воды, а уже потом стал говорить о других делах:
- Наконец-то очнулся ты, друже. Раны твои почти зажили, нам удалось забрать посох и людей вернуть на ладью. А за освобождение от злого великана, Велес наградил храбрецов лесными дарами и (ты не поверишь) сурьи бочонок. Пойдем, на палубе гулянья полным ходом. Выпьешь , поешь - станет тебе легче.
Слова Тома были чистой правдой, на ладье моряки развеселились: ели, пили и немного чудили. Кормчий только оставался не в лучшем расположении духа.

+1

12

И настало время небытия. Вроде был он в сознание, а вроде бы и нет. Но все последующее рисовало ему лишь воображение. Ничего реального быть не может…Тьма рассеивается перед глазами, но не до конца. Она отползает на горизонт, ждя своего череда. Перед Акайо простирается ослепительно белая пустыня. И все это снега, сквозь которые торчат сухие ветви кустов и трава. Колючая и злая. Казалось, что именно на мужчину. И деревья были не простыми. Их темные корявые ветви походили на костлявые руки старцев, которые так и норовили зацепиться за одежду, разорвать тебя в клочья, будто ты согрешил.
Но у себя во сне, или правильно сказать – в глубокой дреме Акайо стоял на снегу, не чувствуя холода. Совершенно ничего, ни капельки эмоций. Пейзаж был жив и двигался, в отличии от мужчины. Могучие снежные лавины, словно волны закручивались в трубу, разбиваясь о лес. Перед его глазами появился маленький, сгорбленный силуэт – ни то камень, ни то старец. На удивление мужчины этим оказалось и то, и другое. Спустя пару секунд серый, испещрённый знаками булыжник превратился в морщинистую старушку. Акайо замер, ни произнеся ни слова. И только таинственная сила склонила его к земле. Ронин упал на колени перед почтенного возраста бабушкой. А та лишь оценивающе осмотрела мужчину, жеманно закурила свою трубку и подняла глаза к небу, как бы вглядываясь в пускающие кольца дыма.
Все тело сковало непонятной судорогой и нестерпимой болью. И только после того, как скорчившийся от боли Акайо вдыхал в себя обжигающий снег, лежа на поверхности, таинственная незнакомка заговорила -- Стрелы сердца камни пробивают, Акайо. Не отрекайся от того, что ждет тебя впереди. Ибо это настигнет тебя все равно, даже не будь ты готов. – Старушка одним движением руки поднимает мужчину на уровень глаз своих. Вдыхает дым, медленно, смакуя. Недоброе предчувствие поселилось в душе мужчины. Его глаза покраснели…Еще вот-вот и он грохнется ниц вновь.
--Когда птица понимает, что умрет, ее песнь становится печальной. Помни об этом, сын мой. Будь сильным, и встреть смерть как равную себе.—Что-то холодное касается лба Акайо. Он закрывает глаза и чувствует, как скатившаяся по щеке слеза начинает замерзать. Секунда, бездыханное тело падает вперед. А вдалеке багровел заката…
Мужчина просыпается в холодном поту. Незнакомое место, шок. Он пытается приподняться, но все еще больно. Хорошо его приложили об дерево. И вот она – реальность. Акайо видит перед собой собой знакомое лицо и радуется, что-то было лишь наваждение. Мужчина выпил воды и сказал – Боже, долго я так? Эм…Мы вернулись?—
Не считаю нужным описывать то, как поднимался Акайо, ибо это слишком мучительно было для него. Не привыкший к острой боли, он почти что изнемогал от усталости, но понимал, что могло быть и хуже.
На палубе было уже потеплее. Разгоряченные матросы радовались скорейшему освобождению и, казалось, не замечали никого вокруг себя. Мужчина медленно проходит вперед, в отдаленный уголок, подзывая к себе Тома. – Должен признаться, я был не до конца честен с тобой. Не приходило мне ничего из Новгорода. Совершенно. Точнее нет. Пришло, но не тем способом. – Акайо в растерянности смотрит по сторонам – Мне шаманка нагадала скорого воссоединения с кем-то очень близким…Но, я не знаю с кем.—Голос мужчины становился тише. Глубже. Он был в раздумьях – рассказывать, али нет.
-- Родных у меня нет. Близких тоже. Не думаю, что тебе это интересно, но я должен высказаться и удовлетворить твое любопытство по поводу моей спешки непонятно куда…-- Акайо всматривался куда-то вдаль, в пламя горящего факела, что сейчас рисовало ему до боли знакомые образы. – Лет так десять назад, когда я еще жил в Японии, повстречалась мне одна девушка, которая смогла зажечь огонь любви в моем сердце – мужчина сделал хитрое лицо, слегка улыбнувшись – Не важно, как ее звали. Главное то, что она была красива как внешне, так и внутренне. То бишь – характером, мировоззрением. Внешне она была великолепна – высокая, стройная, грациозная и величественная. Держалась всегда прямо. Пусть с первого взгляда она и казалась неприступной и холодной крепостью, но я сумел покорить ее. Сумел вызвать на ее лице нежную, ласковую улыбку. Смех…А как она танцевала! Боже. Ее легкое, струящееся платье развевалось и кружилось вместе с ней, когда она двигалась. Никто не может сравниться с нею. Ни одна писанная красавица. – предаваясь воспоминаниям, без устали говорил Акайо. И он чувствовал, как в его сердце все еще сохранились прежние горячие чувства. – Эх..тогда мы были слишком молоды, чтобы думать о будущем. Все праздные вечера, романтические встречи закончились через год, после того, как я сказал, что мне нужно уехать в Университет. Тогда я просто не мог выбрать между любовью и учебой. Но ты видишь, что я выбрал. – Послышался печальный вздох – Она никогда меня не простит, потому что я ее оставил. Уехал далеко и надолго. С концами…Может быть она и есть тот близкий человек, которого я должен повстречать в Новгородской земле. Как бы ни был силен моей страх, я должен быть сильнее. Я поехал лишь проверить правдивость предсказания. —
Акайо замолчал, глядя на огонь. Пламя кружилось, вырисовывая силуэты танцующей девушки в развивающемся платье. И сейчас он понимал, что она нужна ему, как никогда раньше.
[nick]Акайо Мидзуно[/nick][status]Печенег[/status][icon]http://blog-imgs-46.fc2.com/a/y/a/ayahbook/Warlords2.jpg[/icon][sign]--Живя в мире, не забывай о войне--[/sign]

0

13

[icon]http://s018.radikal.ru/i521/1702/4d/241f2015ac4d.png[/icon][nick]Томас Шелби[/nick][status]ведун[/status][sign]" Три ценных приобретения: красивая жена, добрый конь и хорошая собака. "[/sign]
Акайо смог сам дойти от своей лежанки до стола - уже неплохой прогресс. Томас сразу попросил им налить сурьи. Этот напиток был не так прост, как кажется. Полезный и лечебный, обладающий особой силой и необычным положительным воздействием на человеческий организм. Самое-то для Акайо сейчас. Лучше не придумаешь. Даже если японец не пожелает испить все, то чуть-чуть уж точно Том его уговорит. Искрен уши все прожужжал про необычную находку. Известно, что сурью научил готовить славян сам Велес! Но много ее никто не пил. Все напивались со второй чаши. Магический напиток.
Тем временем, Акайо разговорился, сидя за импровизированном столом на одной из скамеек. Кормчий на ведунов поглядывал. Мрачен был его взор. Томас надеялся, что это не предвещает ничего дурного. Человек мог просто о чем-то размышлять. Не стоило делать поспешных выводов, ведь Искрен так храбр и помог им с Акайо в поисках команды. Томас полагал, что тот сам и скажет о чем его тревожные думы. А пока что слушал рассказ собеседника с неподдельным интересом. Впрочем, лицо и глаза Шелби всегда создавали обманчивое впечатление: черты лица спокойны, взгляд пронизывающий. Том будто смотрел сквозь своего собеседника без капли эмоций, лишь изредка кивая, чтобы все же показать, что вникает в каждое слово. На самом деле он подмечал многие мелочи в его внешности, обратил немалое внимание построению его речи, каков его голос.
- Ожидаешь встретить ее в новгородской земле? - Томас не сомневался и не спрашивал, а просто сам констатировал факт. Теперь ему все было понятно. - Это благородно ради возлюбленной так необдуманно и скоро пуститься во все тяжкие в неизвестные тебе земли, не побоявшись трудностей и наконец смерти лютой. Не бывало у меня такого. Я наоборот бегу от проблем на край света. Больше они мне не нужны, а твой рассказ всего лишь пророчит их возможность. - Томас вздохнул с усталостью. Ему самому не помешало бы отдохнуть после столь насыщенного денька. - Знаешь, этот мир слишком фальшивый. Тут не только с твоими нервами играют, но и с чувствами тоже. Поэтому, брат, советую тебе не питать больших надежд встретить истинную цель. Но я не нагоняю пессимизма. Всего лишь советую тебе быть осторожным с этими пророчествами. Мне тоже вторые сутки снится всякая ересь, и чем ближе к пункту назначения, тем подробнее мои кошмары. Хотел я отступить, но твое появление вынуждает меня передумать.
Разговор бы продолжился, но подошел Искрен, поставив чаши с сурьей напротив каждого из ведунов. Томас не дал Акайо сразу испить, прошептав ему:
- Божественный напиток пригубишь, очищающий дух человека. И чистый дух начнет творить чистую судьбу. Пей и помни, первая чаша, дает силы, изгоняет боли, усталость и немощь… Вторая чаша, дает веселье и вечную молодость, изгоняет гнетущую старость… Третья чаша для людей лишняя, она превращает человека в животное…
Хмельной напиток чуть засиял от произнесенных слов - пробудились его лечебные свойства. Если завтра Акайо не будет здоровей своего коня, то это сильно удивит. Лишь бы тот не напился, как конь. Искрен не отходил, поэтому Томас удостоил его своего усталого взгляда.
- Как же быть? Нет у нас капитана, нет купца. Кому дела вести теперь на корабле?
- А что, у купца не было родни какой?
- Не было отродясь! Сильно богатств хотел, не думал о женитьбе раньше своего состояния. - Искрен оперся руками о стол перейдя на шепот, - Терем у него есть, в Новгороде. Двор, хозяйство. Но как узнают о смерти купца, так все не ясно кому достанется...
Томас повел бровью, догадливо улыбнувшись уголками губ:
- Уж не предлагаешь ли ты одному из нас стать владельцем ладьи и всего прочего?
- А отчего не стать вам? Вы моих людей спасли, вижу, что люди неплохие. Мыслите до утра, а я пока еще чашу выпью за ваше здоровье.
Томас взглянул на Акайо и спросил его:
- Ну что? Как тебе идея кормчего? Будет у тебя свой дом, невеста-красавица, полная чаща? По душе это тебе? Кстати, и посох твой трофей по заслуге. Чуть не погиб за него, так пусть послужит. Быть может он нам еще пригодится.
Тем временем ночь стала темной. Факела освещали палубу ладьи. Том сам почувствовал себя намного лучше после первой чаши, и его сразу стало клонить ко сну.
- Акайо, потом ложись на ту же лежанку, а я сам пойду. Уже не могу, третью ночь без сна не переживу. - сказал Шелби и утопал под навес. Ему даже холод перестал докучать. Уснул крепко и глубоко.

(к Момо относится)
Первая половина ночи прошла безмятежно. А потом перед глазами пронеслась вспышка, и стал Томас видеть чьими-то глазами, как мимо леса тот проносится. Рядом бежал волк, что сначала напугало. Но зверь не нападал, а будто они вместе мчались. Потом стало заметно еще двух серых хищников. Они подбирались все ближе к освещенному огнем островку в холодной лесной чаще. Пронзил ледяной вой горло. Томас сам, как зверь завыл, только теперь понимая, чьими глазами видел происходящее. У костра три фигуры. Путники одинокие. Стая волчья подбиралась черными тенями к их небольшой стоянке. Воз стоит неподалеку с лошаденкой. Дымом пахнет за версту. Зверье боится подойти близко - огня пока что боится. Но вой и рычание во тьме заставляют души путников заледенеть от страха. Какое-то время бродили волки поодаль, а потом один, как выскочит, встав на границе между светом костра и тьмой у себя за спиной. И в миг глаза остальной стаи загорелись меленькими фонариками из этой мглы. Опять пронзил тишину злобный вой, и тени волков двинулись вперед. Теперь путникам оставалось только поскорее убегать от собравшейся голодной стаи. Засверкали белые клыки во тьме. "Не беги от волков - умрешь уставшим!" - твари своего не упустят.

Томас почувствовал, что сейчас волки нападут и резко проснулся. Уже рассвет наступал. Будил Искрен, бодро сообщая:
- Светает уж! Пора бы решать вопрос со льдом на реке да в путь дорогу отправляться! - сказав это, кормчий отлучился из-под навеса. Томас взглянул на посох из белого-белого дерева. Будто сам он был из снега и льда, а не деревянный. Томас недовольно поморщился и сел, надевая сапоги и кафтан. Действие напитка еще не полностью прошло. Холода он не чувствовал. Будто стал и впрямь закаленным русом или варягом. Тело так и переполняла энергия. Но мысли тяготила уведенная картина. Чем же там все закончилось?
- Акайо... - сквозь зевок обратился к печенегу ведун, - ...не будет ли тебе угодно попробовать им путь прочистить? Посох твой, попробуй его в деле!

Отредактировано Дефект (Пн, 13 Фев 2017 19:01)

0

14

Чарли не помнила, как заснула. Она как-будто провалилась. Но забытьё не принесло ей желаемого облегчения. Спала она беспокойно. Ей снился какой-то страшный сон: она лезет на верхушку высокого дерева. Внезапно нога соскальзывает и девочка падает вниз. Ветки бьют по лицу, царапают тело, цепляются за одежду. Удар о землю сродни удару колокола. Маленькое тельце словно зажато в клещнях. Особенно досталось голове. Там поселился звонарь. Он всё звонит и звонит.. Яркий свет. Чарли уже в больничной палате. Доктор рассматривает снимок, напоминающий пиратский флаг. Он говорит, что всё будет хорошо, и улетает. Тем временем белое покрывало превращается в снежный сугроб. Чарли хочет пошевелиться, но не может – снежный кокон удерживает её в своих объятиях. Откуда-то сверху сыплет белый пепел, а по зимнему одеялу навстречу на коне скачет всадник. Облачённый в чёрные доспехи на вороной лошади, он, будто игрушечный, всё скачет и скачет. Неведомая рука натягивает тетиву. Ещё мгновение и стрела летит в сторону путника. Чарли кричит, но голос не принадлежит ей. На снегу разрастается красное пятно. Алёшк-а-а-а!!!
* * *
Дед рассматривал меч девочки. Рядом, подперев лицо руками, на бревне сидел Алёшка.
– А богатырь-то наш, удалой. С виду-то малец, а такой кладенец таскает! – тихо сказал дед, пробуя клинок на ощупь. – Остёр! И лезвие как жар горит! Видать мастер знатный, сделал больно дивно. Тут и клеймо заморское.
Алёшка смотрел осоловелыми глазами на своего нового знакомца. Чей он и откуда взялся? Как забрёл в такую глушь? Почему на нём такая диковинная одежда? За этими думами мальчишка задремал.

Послышалось беспокойное ржание лошади. Дед насторожился. В воздухе ни единого постороннего звука. Только треск дровишек да шум пламени. Кобыла всё не унималась: она тревожно топталась на месте, фыркала. Недоброе чует, это видно. Звоночек прозвенел. Зверь дикий в таком лесу – не редкость. Старик отложил в сторону оружие и потихоньку встал. Волчий вой послышался в отдалении. Вот тебе и чутьё лошадиное! Делать было нечего: нужно готовиться к возможной встрече с незваными гостями. Он подошёл к лошади, погладил её по морде: жалко животинку на съедение зверю лютому отдавать. Не один годок служила верой и правдой. Дед выпряг кобылу, снял хомут и вывел из оглобель. Поводья намотал на сук. Он рассуждал так: ежели зверь сунется, то на скотину ему напасть гораздо сподручнее. Потому нелишне будет обезопасить лагерь, а для этого костёр надобно развести побольше да поярче, чтоб за версту видать было. Сказано – сделано. Чуть поодаль, друг против друга разложил ещё два кострища, таким образом, что площадка внутри хорошо просматривалась и при случае все четверо, включая лошадь, могли остаться под защитой огня.

Протяжный вой вновь прорезал ночную тишину. Алёшка, ещё не совсем очухавшись ото сна, вскочил.
– Волки, деда!
– Разбойничают серые! Состругай-ка палок нам. Светочи делать будем.
Пока Алёшка вырезал древца, дед надрал коры с берёзки. Хорошо горит береста, долго. Накрутили штук десять. Про запас ещё останется. Не забыл дед и про тигеля с животным жиром – прихватил пару с воза для шугаев.

Сновидение заставило Чарли проснуться. По напряжению в лицах, по особой сосредоточенности она сразу поняла, что что-то произошло. Дедушка окрикнул внука и на что-то ему указал. Девочка встала со своей импровизированной лежанки – «гнезда». Тулуп, в который она куталась, был ей велик, его подол волочился по полу. Она подошла к деду и вопрошающе на него посмотрела. Хотела было спросить, но не знала как. На выручку тут же пришёл парнишка:
– Волки воют! – он, копируя манеру поведения животных, запрокинул голову, приставив руки к ушам.
Поза в общем-то была характерной, потому Чарли догадалась о чём идёт речь. Хотя до конца она так и не осознавала реальность происходящего.
– Подсобишь нам маленько, коли силушки прибыло. Он, – указал старец на меч – стало быть, надобен тебе в этом станет!
Девочка поняла и этот невербальный сигнал. Она быстро подбежала к оружию и вытянула его из ножен. Клинок словно пропел в воздухе – таков был его звук. Для неё это было как продолжение того приключения, в которое она угодила сегодня утром. А сегодня ли это было? Грань между той её жизнью и происходящим в настоящий момент была столь велика, и в то же время – столь незначительна.

Простой инстинкт гнал зверя. Холодная выдалась зима да голодная. Оттого хищники и промышляли в чащобе стаями. Волка ноги кормят, а ноги у него быстры. Он умён и осторожен, силён и опасен.
Вой послышался уже близ стана. Тревога и страх охватили путников. Мурашки побежали по телу. Сердце выпрыгивало из груди. Гулом отдавало в ушах. Во мраке угрожающе мерцали глаза. Эти блуждающие огоньки то гасли, то появлялись в новом месте.
Теперь из темноты показалась треугольная серая морда с горящими глазами. Волк оскалил зубы, его утробное рычание звучало словно вызов. Поражал размер хищника. Он был заметно крупнее своих родичей. То был настоящий матёрый «воин». Своим поведением он подавал сигнал стае. И другие следовали его примеру. Они медленно походили к кострищу, беря несчастных в кольцо.

Пара диких зверей с одной стороны уже пыталась подобраться к лошади. Дед плеснул в стоящий на огне тигель водой из котелка. Кипящий жир расплескался. Столб пламени взметнулся ввысь. Он повторил приём со второй ёмкостью. Наступавшие волки отпрянули в сторону, злобно огрызаясь. Почувствовав в столь непосредственной близости огонь, лошадь испуганно заржала и встала на дыбы.
– Алёшка! Набрось-как Зорьке мешок. Страху уж натерпится!

Костры жарко полыхали, отбрасывая жёлтые языки пламени в сгустившейся мгле. Отчаянная троица всё противостояла стае.
  – Держитесь огня ближе! Спиной, спиной друг к дружке! Вот так! И в глаза окаянным не смотрите! – наставлял дед.

Чарли двумя руками сжимала свой меч. Она направила его в строну одного из животных. Ручонки её подрагивали: естественная реакция организма на страх. Ещё никогда даже в шутку она не угрожала чьей-то жизни. А зверь тем временем изучал свою жертву. Хищный оскал его представлял некое подобие улыбки. Глаза полыхали огнём. Секунда, и взгляды их встретились. Холод пополз по спине, вводя в оцепенение. Следующее мгновение могло оказаться последним в жизни девочки – волк уже растянулся в прыжке. Но этому не суждено было произойти. Дед завидев грозящую опасность, бросился на помощь. Он оттолкнул ребёнка в тот самый момент, когда зверюга приготовилась подмять его под себя. Волчья туша опрокинула старика, прижав его к земле. Волк вцепился деду в руку. Началась борьба.

Алёшка в два прыжка очутился возле этой «куча-мала». Выпнув из кострища горящее полено, пацан оприходовал им зверя. Волк стал только яростнее вгрызаться в жертву. Мальчишка не растерялся: теперь уже светочем он нанёс свой второй удар прямиком по морде животного. Зверь, взвизгнув, ослабил хватку. Искры попали в глаза, волк замотал своей могучей головой. Мальчишка не отступал. Он ещё пару раз ткнул животное. Тут подоспела и Чарли – мечом она наотмашь не глядя рубанула. Волк жалобно заскулил и обратился в бегство. На снегу осталась передняя лапа зверя.

Когда другие волки отступили, дедушка, прижимая руку, улыбнулся и сказал: «Ну чаво закручинились, ребятки? Жить будем!». А заря уж занялась.
[audio]http://d.zaix.ru/3c5W.mp3[/audio]
[nick]Момо[/nick][icon]http://s013.radikal.ru/i322/1702/57/0efaf0116055.png[/icon][sign]Все дороги ведут к людям. (Экзюпери)[/sign]

Отредактировано Бурят Тони (Чт, 16 Фев 2017 06:51)

0

15

Дальше Акайо лишь молчал. Он выпил первую чашу целебного напитка и ему сразу же хватило. Правдивость слов спутника и не следовало проверять. Оно как-то почувствовалось, само. Прилив сил, становилось легче на душе. Казалось, что его и вовсе ничего не обременяло. Никогда и нисколько.
Пока Томас беседовал с Томом, мужчина поднялся со своего места и решил пройтись, размяться, так сказать. Теперь окружающий его мир не казался таким уж и подозрительным. Наоборот, все обновилось, предстало в новом свете. А главное, хотелось горы свернуть. Если еще где-то с полчаса назад Акайо отлежался бы, поддался дреме и лени, но не теперь. Хоть в путь выдвигайся. На ночь глядя.
-- Идея отличная…Но для меня ли?—задумчиво протянул мужчина вслед Тому. Дом, «невеста» красавица…Мм..осесть? Звучит прекрасно, но где-то в глубине, мужчина решает, что все еще слишком туманно, неясно. Стоит ли вот так сразу решать? Нет, он посмотрит, что да как. Повременит с ответом. Трудно придется ему со своей половинкой. Порежет еще на японские роллы. Характерная…Японцы вообще ничего не прощают. Для них честь важнее смерти, ибо последней мало кто боится. Поэтому все же стоит поосторожничать, узнать. А то получится как всегда – спонтанно, необдуманно…
Дальше Акайо предпочел предаваться лишь одним своим воспоминаниям о прошлом, проторчав на палубе до рассвета, встретив солнце ласковое, которое будто бы улыбалось ему. День обещал быть приятным.
-- Утро доброе.—Акайо кивнул зевнувшему спутнику. А сна за всю ночь у самого ни в одном глазу. Хватит похоже. Належался.
Мужчина принял волшебный посох в руки свои и стал рассматривать хорошенько, с некоторой аккуратностью. Белое дерево, приличной длинны. Кое-где виднеется искусная резьба. Скорее всего знаки заклинаний, а может быть и что-то тотемное. Во всяком случае, без высших сил не обошлось. Только сейчас Акайо почувствовал, что он держит в руках, чем владеет. Странно, а ведь когда похищали эту реликвию ничего и не было. Возможно, впопыхах не заметил.
Мужчина протягивает посох вперед, наклоняясь за борт, касаясь им льда. Плен мгновением сходить с реки. Судно чуть накреняется вбок, но ничего серьезного. Акайо открывает зажмуренные глаза. Великолепно, а главное и читать ничего не нужно. Палочка-выручалочка. Облегченно выдохнув, мужчина ворачивается назад – Двигай, путь свободен.—
Появившиеся недавно птички мелодично зачирикали недалеко от судна. Якобы, провожая ладью в плавание, суля удачу. Акайо мечтательно наслаждался пением, закинув голову к небу, прикрыв глаза. Чудесные звуки, великолепные.
[nick]Акайо Мидзуно[/nick][status]Печенег[/status][icon]http://blog-imgs-46.fc2.com/a/y/a/ayahbook/Warlords2.jpg[/icon][sign]--Живя в мире, не забывай о войне--[/sign]

0

16

[icon]http://s018.radikal.ru/i521/1702/4d/241f2015ac4d.png[/icon][nick]Томас Шелби[/nick][status]ведун[/status][sign]" Три ценных приобретения: красивая жена, добрый конь и хорошая собака. "[/sign]
Все, кто был на ладье собрались, чтобы понаблюдать за волшебством: зачарованный посох разморозил толстый лед в несколько коротких мигов. Нельзя было не восхититься. Кормчий остался доволен и сразу организовал своих людей, отдав приказ браться за весла, парус водрузить. Небольшая суматоха пролетела быстро, и вскоре ладья тронулась в дальнюю путь-дорогу. По реке до самой Ладоги. До главного перекрестка всех морских торговых путей на Руси. Не только солнце светило на небе, но и ветерок попутным был, и всё, казалось, наладилось. Даже те, кому не повезло пасть от рук одноглазого великана, ожили и ходили сейчас по палубе, радуясь жизни. После хорошей охоты, трапезы и выпивки: разве не любо жить? Жаль только, что одного все-таки потеряли. Купец помер. Но не бывает зла без добра - повезет нашим путникам. Томас не торопил с решением Акайо, но если тот не захочет, то сам с удовольствием останется на ладье. Ему тут нравилось. Хоть в любой момент могло всякое случиться, но душа все-таки была на месте. Будто он в родной стихии. Остался бы здесь, освоил бы немного мореходство. Раз в крови у него это есть, то почему бы и нет?
Как река освободилась ото льда, под водой заблуждали огоньки. То берегини - водные духи - ожили, как и вся природа в лесу и на берегу. Никто, кроме ведунов не мог их узреть. Магия для многих простых людей в этом мире оставалась загадкой. Акайо явно стало получше после принятия целебного напитка. Томас не мог не порадоваться за товарища. Несмотря на прохладу, тело не мерзло после такого питья. Но страшно было бы, если бы ведуны вдруг перебрали. Отчего-то Томас верил, что в таком случае оба наверняка обратились в самое настоящее зверье.
- А вот интересно, может на нас кто напасть? - поинтересовался Том у кормчего. Тот осуждающе покосился на любопытного ведуна:
- Не каркай! Варяги тут порой являются. А эти народ такой - грабь да убивай, другого не ведают. Нет, некоторые из них сами торгуют и живут даже в Ладоге да других селениях. Идут наемниками в дружину. Да только не все такие. Есть и пираты.
- Ого. Ну дела. - без особого удивления и энтузиазма "удивился" Томас. - Долго нам еще добираться до Ладоги?
- Так прилично! Карту посмотри, коли так интересно. Ну человек! - Искрен подал карту. Том ее принялся изучать, но вдруг его одолела головная боль. Внезапно напасть случилась. Томас прижал пальцы к виску и вернул карту кормчему, посчитав, что сейчас ему лучше прилечь.
Тем временем довольные жизнью моряки затянули свое песню. Выли на всю округу, не боясь привлечь внимания. Смелости им не занимать, как и громкости голосам. Впрочем, у Искрена были не простые мореходы, но и вполне годные бойцы. Образ жизни обязывал уметь постоять за себя.
- Акайо, Искрен сказал, что в пути будем еще прилично. Так что, думаю, ты правильно сделал, что решил пойти с нами. Неизвестно, как долго пришлось бы верхом добираться. - оповестил Томас мечтавшего у бортика японца. - Как самочувствие-то?

0

17

Акайо вдохнул в себя свежий, чуть морозный воздух – Хорошо мне. Надолго ли, не знаю. А ты как? Выспался?—мужчина неохотно отрывает свои глаза от ясного неба и, щурясь, смотрит на товарища. Словно по волшебству, а так оно и было, по телу разливалась приятная нега. Свободная, открытая поза. Ничего не болело, ничего не беспокоило. Тишина и покой, непринуждённый разговор, великолепная погода и отличное настроение. Все было как нельзя кстати. И правда, напиток чудесный. Хотелось бы иметь рецепт такого чудодейственного средства у себя в кармане. Пригодилось бы всегда – раны залечить, как физические, так и душевные. Все плохое забылось, а хорошее вспомнилось. Пусть и таких моментов было мало, зато они были самыми яркими. Врезались в память надолго. Как говорится «Будет, что в старости рассказать».
До Ладоги было еще прилично. Хотелось конечно побыстрее приплыть.Но с таким настроем, здравым духом работали моряки-матросы, что им было все ни почем. Раскрасневшиеся добрые мужики работали не покладая рук, запевая на разные лады все новые и новые песни. И казалось такой идиллии не будет конца.
Всему на свете приходит конец. Но почему-то всегда милее сердцу именно последние минуты сладостных событий. Так получилось и теперь. Наверное, из сегодняшнего дня Акайо больше всего запомнится солнце красное, свежий воздух, пение птиц и необыкновенно голубое небо. Спустя каких-то пару минут все изменилось. Певчие птички замолкли, как и моряки. Гробовая тишина стояла вокруг. Ладью постепенно окружал туман. Сначала он медленно стелился по реке, не вызывая никаких подозрений. Но после того, как заволокло все небо и стало невидно ни зги началось что-то странное.
-- Что за чертовщина…-- слышались голоса моряков. Но и они вскоре замолкли. Туман, холодный…Не должно было его быть сейчас… А тут еще эти голоса. Голоса девичьи, молодые. Легкие звуки. Слышен плеск воды, скрип ладьи. Словно какой-то неведомый дух шмыгнул по полу, задевая ноги. Не нравилось все это Акайо. Особенно эти зеленые огоньки, смотрящие прямо в душу.
-- Выйду я на море,
Там душенька мой,
Судно голубое,
Прекрасный убор,
Зеленые весельца
Держал над собой…-- запел прямо над ухом нежный голосок. Некоторые мужчины закричали, пытаясь в ужасе найти спасение. Перед ладьей появилось болото. Река скрылась позади. В ловушке оказались люди.
-- Наваждение…Не было здесь этого отродясь.—сказал кормчий. На берегу появились обнаженные девы красоты дивной. Одни так и стояли на берегу, другие же находились по пояс в холодной воде. Не брал их ни мороз, ни холод. Некоторые наивные мужички бросились к бортам, а другие же остались на своих местах, как вкопанные. Но самое ужасное заключалось не в этом. Смердило пропастиной…Где-то были трупы.
А девушки все продолжали петь свои песни медленно, будто бы за упокой. Отвлекали голосами, смеялись, игрались.–
Ты мой сизенький, мой беленький голубчик,
Ты к чему рано с тепла гнезда слетаешь,
На кого ты меня, голубушку, покидаешь?—
Акайо в растерянности ищет на палубе Тома, а потом и свой меч, посох. – Уши, глаза! Закрывайтесь. – кричит мужчина. Тем временем одна девица-красавица обвила матроса руками и потянула за собой. Топит. – Русалки!— послышалось откуда-то. И хлынули хищницы к ладье, вскарабкивались на борт, изменяясь до неузнаваемости. Нечисть. Девушки утопленницы, умершие недалеко от водоема. Умершие смертью лютою. Кто за что.
--Как вечор меня милой.
Целовал да миловал,
Крепко к сердцу прижимал,
Сударушкой называл:
«Ты сударушка моя,
Верно любишь ли меня?»
- «Как тебя мне не любить?
Не могу тебя забыть !»-- одна с воплем кинулась к Акайо, хватая мужчину за ноги. Затащить на дно хочет. Он принципиально не смотрит в глаза ее, отбиваясь. Выдернул одну ногу, двинул по голове, потом шею свернул. Лицо милой уже не мило. Не красавица перед ним лежит, а чудовище заморское. Рот до ушей, зубы острые, глаза черные. Жабры. Пугающе выглядит. Затянет, так и сожрет на дне.
Бить их нужно, отбиваться. Поймать одну, замучить…Не выдержат ее сестрицы страданий, сами уйдут, с плачем, с криками.

Дополнительно.

*http://s6.uploads.ru/t/1jlCr.jpg
Русалки — разновидность проказливой нечисти. Ими становились утопленницы, девушки, умершие недалеко от водоема, либо люди, купающиеся в неурочное время. Русалок иногда отождествляли с «мавками» — от старославянского «навь», мертвец) — детьми, умершими без крещения либо задушенными матерями.

[nick]Акайо Мидзуно[/nick][status]Печенег[/status][icon]http://blog-imgs-46.fc2.com/a/y/a/ayahbook/Warlords2.jpg[/icon][sign]--Живя в мире, не забывай о войне--[/sign]

0

18

[icon]http://s018.radikal.ru/i521/1702/4d/241f2015ac4d.png[/icon][nick]Томас Шелби[/nick][status]ведун[/status][sign]" Три ценных приобретения: красивая жена, добрый конь и хорошая собака. "[/sign]
Томас уже почти расслабился. Его даже не раздражали эти матросы, которым так было по душе выть песни на всю округу. Бдительность усыпили безмятежные. Но зонщикам ни к лицу долго расслабляться. Похоже было, что ладью эту еще много приключений поджидает. Удивления и обеспокоенности внезапным туманом Шелби уже не разделял: он оперся локтями о бортик ладьи и лицом, выражавшим только то, что он иного и не ожидал. Не могла тишина и покой продлиться вечно, а жаль. Ведь так все было хорошо. И небо заволокло, и туман сгустился, а потом река и вовсе превратилась в болото. Слыша удивленные голоса моряков, Томас подошел к кормчему Искрену с вопросом:
- И что это за аномалия, не подскажешь? - встретившись с вопросительны взглядом бывалого морехода, Том поправился, - Я имею в виду, чудо-чудное! Туман какой! Откуда бы ему взяться?
- Наваждение…Не было здесь этого отродясь. - пожал плечами мореход. - Встать здесь! Дальше не плывем, а то на мели встанем или чего хуже!
Моряки приступили к выполнению команды. Ладья послушно встала, легонько покачиваясь на волнах. Парус опустили за ненадобностью. Скрипит усталая мачта, люди в недоумении. И тут раздаются голоса. Сладко и приятно они звучали. Томас понял, что это не к добру. Силен был его разум и так просто им овладеть было нельзя. А вот некоторые моряки поддались соблазну, и одного уволокли на дно болотное. Тогда и поднялась паника! Из мутной воды, покрытой густой пеленой тумана, вылезла водная нечисть.
- Акайо! - Томас попытался найти взглядом товарища. А того уже чуть не погубила одна из русалок. Томас отвлекся, да чуть не угодил в крепкие до хруста ребер объятья утопленницы.
Русалки так яро напали на ладью, что та начала наклоняться, то влево, то вправо. В воду упасть и по случайности не мудрено. Бравые моряки схватились за мечи, топоры и луки. Искрен и выстрелил в грудь той, что на Тома пробовала напасть. Закричала, зашипела она, повисла на бортике и чуть не упала обратно в воду, но Том ей не позволил. Затащил на палубу. Раз утопленница его укусила, чуть хвостом не сбила с ног.
- Помогите мне! - позвал Шелби Искрена и Акайо, чтобы привязать красавицу к мачте. Понял Том, что нужно сделать, чтобы отпугнуть от ладьи людоедок. Но веревки и пары рук в помощь явно не хватало. Русалка сопротивлялась, а моряки тем временем уже не могли так долго оказывать сопротивление водяным тварям. Одного за другим утаскивали за борт и на дно. Страшно. Удастся ли вернуть их теперь? Вода кое-где окрасилась багровым цветом крови.

+1

19

В эпизод вступают два персонажа : Маттиас Нельсон, Акс Монтенегро.

[nick]Мэд Акс [/nick][status]псих убийца[/status][icon]http://s6.uploads.ru/F9osW.jpg[/icon][sign]Без семьи , кто мы, блять?[/sign]

В небе сквозь  пелену тумана можно разглядеть тёмный силуэт  крылатой лошади несущей двоих всадников. Точнее одного всадника и второго хуя без прописки! Зайцем безбилетным  попал на борт, кажется сейчас высадят.
- Твоя остановка, Швед, ты выходишь ! - наугад бы сбросил, понятия не имею где летим. Нихера не вижу. Чую  только свежий запах, вода внизу стопудого. Я продолжал держать  Шведа в подвешенном состоянии, второй рукой сжимая саблю и молотя гардой. Толи бог пошутил не удачно, то ли я сидел  не правильно.  Скорее всего летящая скотина виновата. От сильного порыва ветра, Стрибог постарался, не любил он  слуг Чёрного. Крылья жеребца заплясали  сальсу , равновесие нарушилось. Я перевернулся и свалился, вцепившись в Шведа ещё сильнее. Сабля из рук долой и упала в воду. Мы же вдвоём свалились на  палубу ладьи, сильно  ударившись о дощатый пол.
Чёрный жеребец устав бороться с ветром, ему  Стрибога не  одолеть и пытаться не стоило, превратился в чёрный дым и развеялся. Пронзительное ржание, испускаемое  зверюгой, эхом повисло над рекой.
То, что свалилось с неба описать одним словом трудно. На мне хазарские доспехи, голову  оплавили  жидким серебром; ото лба до  кончика носа  застыла блестящая маска. Я сжимай кулаками рубаху Шведа, пытаясь сбросить с себя  тушу. Чёрный дым выходит  из моих лёгких.

0

20

Не успел Акайо подняться на ноги. Загляделся на девушку мертвую, словно и позабыл, кто он есть. До ушей не долетали крики о помощи верных товарищей. О всем забыл человек. Сидит себе на полу, смотрит вперед, как нежить матросов таскает. Кричать они, вырываются. Другие же высвободившись, пытаются прогнать тварей с ладьи. Но на самом деле не видит печенег этого, словно задумался о своем. А тем временем чьи-то руки легли на его плечи, нежный, до боли знакомый голос шепчет на ухо – Пойдем с мной…--
Акайо слегка поворачивает голову вправо, видя милые черты лица. Волосы, глаза, улыбку…Хитрая нечисть, к каждому подход найдет. Не так, так эдак. Русалка, покрепче обнимая мужчину, утаскивает его в воду мутную. Ни слова не говорит он. Лишь всплеск слышен за бортом. Тащит его к себе сущность ужасная на дно. Там и погубит печенега. «Плывет» себе пленник за русалкою, держась за руку ее белоснежную. Сквозь воду мутную плывут. Плывут, куда и солнечному лучику пробраться трудно. Много дев здесь водится. Много. Друг у друга добычу отбирают, шипят, но не дерутся. Сразу видно, парни у них нарасхват. Кто успел, тот и съел.
Сильная нечисть, хваткая. Руки не высвободить без посторонней помощи. Затащила красавица в омут Акайо, так тут сразу в лице и изменилась. Страшная стала, как смерть. Сошло забвение и чары с мужчины. Забрыкался он. Хотел было закричать, да чуть воздух последний не истратил. Вцепилась дева в него хваткой мертвой, связать пыталась, в травах тонких каких-то запутать. Сама держит, да в глаза смотрит. Попытался Акайо зажмурится. Тяжело смотреть. Грязь в глаза лезет, да и больно холодно смотрит девица. Разозлилась нечисть, закричала. Ударила мужчину куда-то в грудь, да так сильно, что тот аж чуть чувств лишился. Выдохнул резко и все. Прощай кислород
А тем временем и другие сородичи подоспели к сестрице-утопленнице. За первенство спорили, кому первой трапезу начать. Вот только похитительница уступать не хотела. Дралась, защищала свое добро. Видно спрятать хотела. Приглянулся что ли басурман. Вот только задыхаться начал. Воды наглотался. А меж тем, началась междоусобица. Вот тут-то и решил Акайо смыться, сплыть, так сказать. Тяжело пришлось. Время то прошло всего ничего, а казалось – будто вечность целая.
Воздуха не хватало катастрофически. Хоть водой легкие наполняй. До поверхности оставалось рукой подать, как выдохся Акайо. Не успел. Все вдруг отяжелело, потянуло на дно. Веки постепенно закрываются…Эх, утоп бы. За тело вновь берутся чьи-то руки, только теперь они не вниз тянут, а наверх выталкивают, Быстрее и быстрее, возвращая к ладье, буквально вновь забрасывая на палубу. Мужчина ударяется о борт. Чисто инстинктивно он ухватывается за край, подтягиваясь, выбираясь на палубу. На воде слышится чей-то плачь, крики. Акайо старается прийти в себя, откашливается. Ищет знакомых, но замечает не тех.
[nick]Акайо Мидзуно[/nick][status]Печенег[/status][icon]http://blog-imgs-46.fc2.com/a/y/a/ayahbook/Warlords2.jpg[/icon][sign]--Живя в мире, не забывай о войне--[/sign]

0


Вы здесь » Запретная Зона » Русь - вълшьба » Сказ: о Дочери


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC